Театр у моста - 2017

2017


28.11.2017 ЧЕЛОВЕК – ЭТО ЗВУЧИТ ГОРДО!

С 20 по 24 ноября 2017 года в Учебном театре ГИТИСа состоялись показы спектаклей пермского театра «У Моста». Создатель театра Сергей Федотов позиционирует свое детище как психологический театр и даже как единственный в мире театр мистический. В репертуаре преобладают драмы русской классики и постановки о сверхъестественном – «Дракула» Стокера и «Франкенштейн» Шелли. Кроме того, «У Моста» поставил на своей сцене все (!) пьесы Мартина МакДонаха, известного, в первую очередь, кинозрителю в качестве сценариста и режиссера «Семи психопатов» и «Залечь на дно в Брюгге». А сам драматург помнит и ценит театр, о чем упоминал в интервью нашему журналу.

Закрывала серию спектаклей творческая интерпретация классической пьесы Максима Горького «На дне». Корреспондент THE WALL Magazine посетила показ и открыла для себя героев произведения в еще более глубоком и ярком свете, чем прежде.

Первое, что испытываешь, когда занавес открывается, и герои выходят на сцену – отвращение. Самое натуральное отвращение, от грязной комнаты, дряхлой одежды, чумазых лиц и сальных волос. Кажется, еще мгновенье, и зрители услышат зловонный смрад завшивленных, немытых много недель тел.

Однако, по мере развития действия, отвращение первых минут перерастает в жалость и даже симпатию к ряду персонажей. Жаль русского человека из низов, очень часто и доброго, и милосердного, и стремящегося к прекрасному, а порой и образованного, и работящего, но не имеющего шанса вырваться из нищеты. Очень ярко проявляется и такая печальная черта: человек мягкий, беззлобный, но совсем не деятельный, который все важные начинания способен совершить лишь «из-под палки», под неусыпным контролем наставляющего. Так, с уходом Луки, Актер так и не начал лечиться от алкоголизма и от безысходности удавился, Настя оставила надежды о поиске лучшей жизни и по-прежнему прозябает в ночлежке, а Василий с Наташей так и не обретают вполне возможное счастье, слишком долго они собирались, он – завязать с воровством и прекратить порочные отношения с Василисой, она – уйти от медленно, но ежедневно убивающих ее сестры и зятя.

Когда, опять-таки благодаря Луке, герои все же решились на действие, было слишком поздно поверить друг в друга и в возможность счастья. Но если в начале пьесы произнесенное Сатиным «Человек – это звучит гордо» воспринималось бы как горькая издевка, то в финале звучит уверенно и даже вдохновляюще, пробуждая чувство уважения к душевным волнениям героев.

Еще один важный персонаж – тяжело больная Анна, жена Клеща. Мученица, никогда не видевшая в жизни ничего хорошего, лишь побои и неласковость со стороны мужа, да болезнь, приносящую ежеминутные страдания. Даже на смертном одре она отказывается от еды, потому что «На что мне?», и отдает обед мужу, от равнодушия и холодности которого, она, может быть, погибает не меньше, чем от чахотки. Как живо и трепетно она отзывается на простую заботу и участие Луки! Он успокаивает ее мыслями о «лучшем мире» и покое, который она обретет после смерти и даже сейчас женщина, у которой в жизни не было ничего светлого, для которой эта жизнь была лишь чередой мытарств, и смерть воистину стала бы освобождением, выражает надежду на выздоровление, чтоб пожить еще хоть немного, пусть и в мучениях, раз там, в «лучшем мире» ее ждет избавление от боли. Как велико в человеке желание жизни, даже в таком безнадежном положении!

Среди обитателей «дна» находится и пара искренне желающих трудиться и вырваться на свет персонажа: Андрей Клещ и татарин, работавший на заводе. Клещ остается без работы и даже инструмент вынужден продать для похорон жены, смерть которой по его мнению, напротив, должна была принести облегчение и упростить ему жизнь. Татарин получает на заводе травму и скорее всего лишится руки; постепенно их запал затухает и «дно» засасывает и их. Еще одна трагедия русского начала ХХ века: бесправность рабочего человека, не дающая ему второго шанса на честную трудовую жизнь. Все это скоро выльется в кровавую злобу революции. В конце концов и Клещ, и набожный татарин, всегда просивший обитателей «дна» не шуметь во время его молитв, начинают пить «горькую» вместе со всеми.

Неоднозначным можно назвать и персонажа Луку, которого в разных постановках пьесы «На дне» режиссеры представляли то божьим странником, то змеем-искусителем. У Сергея Федотова это человек, проявивший больше всего участия в судьбе жителей ночлежки, стараясь посеять «разумное, доброе, вечное», вселяя мысль о том, что все можно изменить, можно начать жить лучше, светлее, правильней! Кто-то назовет его безответственным, ведь Лука навсегда исчезает из жизни героев в самый тяжелый момент, и после его ухода исчезает и надежда на лучшую жизнь. Однако, человек как-никак сам кузнец своего счастья, не правда ли? И обвинять другого в том, что он сделал слишком мало для твоего спасения было бы, пожалуй, несправедливо.

Помимо реалистичных костюмов и декораций, атмосферу времени создают русские песни в исполнении Федора Шаляпина и запись голоса самого Максима Горького.


Самое поразительное и самое страшное в этой постановке, пожалуй то, насколько она удивительно современна. Перефразируя избитое «пьют и воруют», можно сказать: «Если я усну и проснусь через сто лет и меня спросят, что сейчас происходит в России я отвечу: верят в лучшее и ничего не делают».

 

Кристина Русских

THE WALL Magazine