Театр у моста - 2016

2016


10.01.2017 Рождественская триада «У Моста»

Под самый занавес уходящего года художественный руководитель и главный режиссер Сергей Федотов выдал на-гора три премьеры. Учитывая, что чутье ему никогда не изменят, попробуем разобраться: почему  «ПЛОТ МЕРТВЕЦОВ», «МАКБЕТ» И «ХАНУМА».

 

МАКБЕТ

КЛАССИЧЕСКУЮ пьесу Шекспира Федотов не переносит «в наши дни», как сделал бы это любой так называемы «современный» театр. Он полностью вдохновляется историей шотландских войн: окунаясь в них со всей страстью, проникая в древние мифы и в философию времен. При этом, ничто не мешает зрителю самостоятельно переложить эту архетипичную притчу о чрезмерной жажде власти и последовавшие за этим перемены в человеке  на близкие ему реалии. Что с того, что события пьесы «Макбет» происходили в 11 веке, а Шекспир написал об этом в 17 веке?  Суть порока неизменна: тогда рвались в короли – сейчас в депутаты, губернаторы  или президенты...

Средневековая жестокость – это просто жестокость. И, к сожалению, ныне нам возвращены коварные приемы властолюбцев: убийства, предательство, ложь. В спектакле зритель наблюдает за этим в «чистом» виде – несколько жестоких убийств, обман и предательство друзей. К счастью, Федотов избежал обвинений в подстрекательстве – что когда-то стало главной аллюзией для русского писателя Лескова («Леди Макбет Мценского уезда»). И супруга шотландского короля  (в исполнении Анастасии Перовой) все-таки скорее страдающая от своего преступления женщина, которая покончила с собой, не выдержав мук совести.    

Вневременную составляющую греха властолюбия  подчеркивают  демоны зла – три ведьмы, основные двигатели сюжета шекспировской пьесы и федотовского спектакля.

И этот мотив – по-русски говоря «черт попутал» – единственный, если так можно выразиться, «позитив» для героя спектакля. Блистательный (не побоюсь этого слова) артист Лев Орешкин – Макбет, отважный воин, который соблазнен магией власти. В данном случае, это именно дьявольщина…

«Жизнь – это история, рассказанная идиотом, наполненная шумом и яростью и не значащая ничего»– эпиграф к спектаклю. Слова из пьесы ШЕКСПИРА (шум и ярость) дали название произведению Уильяма Фолкнера. Да и многих вдохновила эта пьеса на ее литературные преломления, начиная от «Пузырей земли» (Александр Блок) до Стивена Кинга («Долгая  прогулка»).   

В последнее  время «Макбет» не был так популярен в России, как остальные пьесы Шекспира. Возможно, пришло время?

Но тогда мы должны увидеть результат…

 

ПЛОТ МЕРТВЕЦОВ

И здесь уже не будет места властолюбцам, воинам, женам и друзьям. Останутся только примитивные существа, весь смысл жизни которых – просто тянуть эту свою лямку – деревянный плот. Стремиться из более или менее плохого места – в более или менее хорошее.

 «Самый что ни на есть закат человечества – пишут в Интернете о пьесе Харольда Мюллера. – Стаи бешеных собак, взрывы, радиоактивное заражение, природы уже нет совсем... Изгой-доходяга, которого выбросили за пределы Города, Чекер – двинутый сотрудник отдела измерения уровня радиации, девушка-мутант и старик с рыбкой в банке. Пока рыбка жива, воду из банки (собранные роса и испарения) можно пить. То есть жить.  Они отправляются на поиски острова с более пригодными условиями… Понятное дело, такого места на земле уже давно нет...»
 «Плот мертвецов» – очередная апокалиптическая фантазия (среди них такие фильмы как «2012», и «Затмение», и «Меланхолия»). Но и в отсутствии компьютерных спецэффектов сценография спектакля сразу включает нас в особую атмосферу. И продолжает ее поддерживать самыми простыми, но безотказными способами: жестяные трубы и люки, проваливающийся под ногами грунт, гаснущий свет… Ужас нечеловеческого существования, бытовые  диалоги, примитивные эмоции.  Впрочем, почему примитивные: вода, еда, любовь… Что еще на самом деле надо человеку? Но это важно только тогда, когда ты жив. Четверо героев спектакля борются за эту самую жизнь, и шансов у них немного… Здесь их существование уже не зависит от умений, власти или богатства – только от случайности. Или дозы радиации…

Пьеса немецкого драматурга написана в 90-ые, тогда многие, как и  Мюллер, были обуяны предчувствием скорой глобальной катастрофы – позади был Чернобыль, угрозы ядерной войны и т.д. Тогда самым популярным подарком был счетчик Гейгера… А самой престижной профессией стала профессия  эколога.

Но как мы видим, страхи не исчезают, и на все лады катастрофические сюжеты воспроизводятся на экранах, в книгах, в проповедях. По мнению постановщика спектакля Сергея Федотова, если последние времена еще и не наступили – то они все ближе...

Но Федотов не был бы Федотовым, а театр «У Моста» – любимым театром пермяков, если бы не подарил нам это:

РОЖДЕСТВЕНСКАЯ РАДОСТЬ

Жизнеутверждающая пьеса Авксентия Цагарели «Ханума» как нельзя кстати пришлась на рождественское настроение. И пусть нет в ней ни снега, ни зимы, ни елки, зато есть праздник. Он совершается на наших глазах – в картинах природы на заднике, в музыке, звучащей на сцене, в характерах и красках жизни, в романтических и смешных коллизиях пьесы. Ну да, ее герои не без греха: стареющий сластолюбивый князь Пантиашвили (Сергей Мельников),  зажиточный торговец  Микич Котрянц (Владимир Ильин), обуреваемый мечтами о княжеском гербе на своей карете, шаловница Ханума (Анастасия Перова), идущая на многие хитрости, чтобы выиграть в глупом споре со своей соперницей-свахой. Но их невинные проделки ведут только к радости и счастью: туда, где соединяются любящие сердца.

Особый колорит спектакля – грузинские танцы и песнопения, своеобразный акцент, оформление сцены – тщательно проработаны художником спектакля совместно с представителями грузинской диаспоры Перми.

Спектакль льется как вода – или как вино на каком-нибудь кавказском застолье…

И здесь опять попадание: мы соскучились по друзьям из ближнего зарубежья, по их гостеприимству и особенностям характера, по их говору и дружбе… И аплодируя их гордой лезгинке, по шесть раз в день блестяще исполняемой массовкой, мы понимаем, что любим их.

Однажды, лет десять назад такое же настроение было у зрителей театра «У Моста», когда здесь играли «Вечера на хуторе близ Диканьки». Тогда было весело – до слез… Потому что мы понимали: нам их не хватает, украинцев, братьев наших, с их непередаваемым юмором, весельем, песням. А теперь мы (и Федотов) соскучились по грузинам. Интересно, что помощь в оформлении спектакля оказал художник из Украины, из города Николаева Сергей Пантелейчук. Он же разрисовал новые коридоры второго этажа театра. В этих узких проходах можно оказаться только один раз: во время путешествия по закулисью на традиционных рождественских встречах театра «У Моста». А они переполнены разными чудесами: шоу летающих кинжалов, комната ужасов, общение с самыми загадочными из людей – актерами театра «У Моста».

 

А ОНИ МОГУТ БЫТЬ ТАКИМИ РАЗНЫМИ

Актерский состав смог проявить себя во всей красе в каждом из трех премьерных спектаклей. Артисты то превращаются то в мужественных воинов, то в бесплотных доходяг, то в жгучих и гордых кавказцев. С азартом они рубятся на средневековых мечах, легко меняя их на кизлярские кинжалы. Одеваются то в кожаные латы, то в черкески, то в лохмотья… Меняют не только век, страну и традицию, но будто и кожу. И даже тем, кто уже наработал свой собственный штамп, как Ильин или Мельников, удается показаться неожиданной гранью, новой сущностью.     

Такую возможность освоить национальный колорит дружественного народа, вообразить безжалостное неприветливое будущее, побыть шотландским таном предоставил им режиссер. А вслед за ними туда перемещаются и зрители, которые наслаждаются неожиданными театральными приключениями.

 

Варвара Кальпиди