Театр у моста - 2012

2012


23.01.2012 Сергей Федотов: «Мы апеллируем к белым силам!»

Художественный руководитель и директор пермского театра «У Моста» Сергей Федотов рассказал о театре будущего, драматурге Мартине МакДонахе, мистике и потусторонних голосах в эксклюзивном интервью «Найди время!».

— Сергей Павлович, сегодня вашим спектаклем «Калека с Инишмана» открылся V Международный театрально-дизайнерский фестиваль «Живи!».

— Для нашего театра это сто второй фестиваль за двадцать три года существования и за это время мы не видели нигде ничего подобного. Володя Какурин — фанатик театра. Он придумал фестиваль, аналогов которому нет в Европе. В Крыму нам предстоит встреча с дизайнерами и художникам, мы покажем им свои спектакли, а они будут придумывать к ним афиши. Это очень интересно.

— Почему решили показать на фестивале именно «Панночку» и «Калеку с Инишмана»?

— Для нас это два самых важных спектакля. «Панночка» — это то, с чего начался наш мистический театр, наша визитная карточка, в полном смысле слова — программная постановка. В этом спектакле видна стилистика театра: сочетание психологического гротеска, ярких характеров и подробной, детально воссозданной атмосферы гоголевского мира. Именно «Панночка» всегда была и будет главным испытанием для новых актеров в труппе: если играть в этом спектакле кому-то оказывается не под силу, значит, художественный метод Театра «У Моста» для него никогда не откроется...

Спектакль «Калека с Инишмана» — наше достижение последних трёх лет. В нем выражены наши представления о том, что такое новый стиль театра, что такое современная актерская игра. Это не театр форм, трюков, технологий, а, напротив, новое осмысление традиций живого, психологического, настоящего русского театра. Ведь неслучайно вся история театрального искусства связана с признанием необходимости возвращения на сцену подлинной природы, человеческой души. И «Калека с Инишмана» — как раз театр души.

— Вы впервые приехали в Харьков, хотя до этого объездили со спектаклями чуть ли не всю Европу. Как вам у нас?

— Очень понравилось. Хотя мы здесь всего третий день, но уже успели полюбить этот город и его жителей. Я чувствую, у него очень хорошая и тёплая аура, поэтому мы обязательно приедем сюда ещё (улыбается).

— На ваш взгляд, какой он, украинский театральный зритель?

— Я считаю, что в Украине особый зритель. Нам очень нравится приезжать сюда. Мы были уже во многих городах: несколько раз во Львове, в Киеве на ГогольFest’е, в Одессе, дважды в Херсоне. Украинский зритель очень активный. Он приходит не просто на спектакль, а, в первую очередь, за впечатлениями — подхватывает игру актёров, внимательно следит за действием на сцене. Сегодня на спектакле «Калека с Инишмана» произошла такая же история, как и во всех других украинских городах, где мы играли, когда с залом сразу устанавливается контакт, и он просто дышит одним воздухом вместе с артистами.... Кроме того, это место — малый зал оперного театра — невероятно театральное. Потрясающая акустика, очень хорошо видно со всех мест. Зал отделан деревом и от него идёт теплом, но, что самое главное, наши декорации с ним просто сомкнулись в единое целое.

— Сергей Павлович, вы первооткрыватель ирландского сценариста Мартина МакДонаха в России. Чем вас привлекает этот автор?

— МакДонах — совершенно невероятный автор парадоксов. Все говорят, что он очень жесткий писатель, резкий, даже жестокий. Но, по сути, он добрый, и своих героев очень любит... Пусть это прозвучит громко и пафосно, но я все же скажу: МакДонах, конечно, не пророк, но то, что он призывает к добру, в этом я абсолютно уверен. Он призывает людей любить друг друга, любить ближнего, прощать их... во всех его пьесах столько любви... Я думаю, что в этом его миссия.

Мы поставили уже пять спектаклей по его пьесам, «Калека с Инишмана» — это четвёртая постановка. Думаю, мы поставим в этом году и шестой спектакль, потому что этот драматург невероятно высокого уровня. Современная русская (не знаю, как украинская) драматургия не достигает такого уровня, как его пьесы. В современных драмах нет настоящих, цельных героев, в них скорее голоса без предыстории, без развития, без загадки. У МакДонаха же персонажи невероятно объемные, глубокие, каждое их слово, жест — это повод заглянуть в их внутренний мир глубже и внимательней. Его героев невозможно предсказать — можно только удивляться тому, сколько в них скрыто всего и на какие поступки они готовы пойти. Современности очень не хватает таких пьес.

— Пермский театр «У Моста» называют единственным мистическим театром России.

— Не только. Это единственный театр мистики не просто в России, а в мире. Нигде больше нет такого репертуара. У нас в репертуаре три спектакля по Булгакову, пять спектаклей по Гоголю, три спектакля по Шекспиру. Есть Достоевский, «Дракула» Брэма Стокера... В русской классике много произведений, в сюжете которых появляются и действуют инфернальные, мистические силы. И нам очень нравятся такие пьесы. Собственно говоря, театр на этом и вырос. Первый наш спектакль — «Панночка» — идёт уже двадцать с лишним лет, и за это время мы сыграли более двух тысяч представлений.

— Как много мистики в вашей жизни?

— В жизни нашего театра существует огромное количество мистических случаев, связанных со всеми спектаклями. Когда мы ставили «Калеку с Инишмана» — нам «подсылалось» невероятное количество знаков, фактов, новостей про все ирландское. И самое потрясающее, что в период этой работы мы познакомились с удивительным человеком Анатолием Касьяновым, талантливым филологом, сказочником, без которого мы бы никогда не смогли понять и ощутить, что значит жить с физической болью, бороться и побеждать искалеченность собственного тела. Он нам очень многое открыл в этой пьесе, рассказывая о своей жизни.

Иногда мне кажется, что такие знаки и судьбоносные встречи демонстрируют нам, что мы идем в правильную сторону в своих исследованиях пьес, историй, человеческих характеров. И, наверное, благодаря таким мистическим случаям нам удалось убедительно сыграть МакДонаха... Сыграть его так, что российские критики говорят до сих пор: только театр «У Моста» смог открыть МакДонаха для российской сцены по-настоящему.

— Вы ставите такие мистические спектакли. Не страшно браться за подобный материал? Говорят, есть произведения, на которых лежит табу, чтобы ставить на театральных подмостках...

— Нет, абсолютно не страшно. Я ставил «Мастера и Маргариту» четыре раза. Первая постановка была в Польше, город Великопольский, вторая — в Чехии, третья — опять в Польше и только четвёртый спектакль был поставлен в России в моём театре.

Никогда никаких страшных или трагических вещей с этим спектаклем у нас не происходило. Я всегда чувствовал, что Булгаков как будто позволяет мне играть с его историей. Все мои булгаковские спектакли игрались долго и с большим успехом. Возможно, это потому, что для меня мистическое — не означает дьявольское. Мистическое — значит потустороннее, а по ту сторону есть и светлые, и темные силы. Так вот мы апеллируем к светлым силам. Мы их слышим, общаемся с ними, а с тёмными силами — нет. И поэтому у нас всегда происходит всё так, как планируем. Слышим голоса, и эти голоса нас поддерживают.

 

«Время», 16 ноября 2011