Театр у моста - 2009

2009


29.08.2009 Русско-чешские вариации на «мостовской» сцене

Только-только отгремело открытие XXII сезона в театре «У Моста» — яркое шумное, собравшее множество гостей из самых разных уголков мира. Но не успели смолкнуть аплодисменты после премьерного спектакля «Ревизор», как зрителей ждал очередной сюрприз.

В театр приехал знаменитый чешский актер театра и кино Йозеф Врана для того, чтобы сыграть роли сразу в двух «мостовских» спектаклях: Понтия Пилата в «Мастере и Маргарите» и Явтуха в «Панночке». Интрига заключалась в том, что обе свои роли маэстро отыграл на чешском языке, а значит — привнес новую энергию в любимые зрителем постановки. Именно поэтому мы не могли упустить уникальной возможности пообщаться с чешским гостем...

— Йозеф, расскажите, как и когда вы познакомились с Сергеем Федотовым?

— Я познакомился с Сергеем в 1995 году, когда театр «У Моста» впервые приехал в Чехию со спектаклем «Женитьба». Тогда у него возникла интересная идея поставить «Мастера и Маргариту» с участием чешских актеров. Это была действительно тяжелая и глубокая работа — мы никогда так не работали. Необходимо было полностью погрузиться в роман Михаила Булгакова. Некоторые актеры просто не справились с этой задачей. А те, что справились, получили бесценный опыт. Но для меня работа с таким большим режиссером была не просто опытом. Сергей открыл для меня не только актерские техники, но и меня самого, мой внутренний мир. После этого он еще не раз приезжал в Чехию и однажды предложил сыграть в «Панночке», которую впоследствии привез в Пермь.

— Расскажите немного о театре, в котором вы работаете сегодня. Похож ли он на театр «У Моста»?

— В настоящий момент я работаю в театре «Без Забрадли» города Поддубица, расположенном в ста километрах от Праги. Это очень большое красивое здание с масштабной сценой на четыреста пятьдесят зрителей. Хотя в планах руководства создание еще одной сцены — камерной. В репертуаре театра пьесы самого разного плана: есть и комедии, и трагедии, и музыкальные постановки; ставится и классика, и современные спектакли. Но по духу, по внутренней атмосфере этот театр совсем не похож на «У Моста».

— В таком случае, не возникало ли у вас трудностей при работе с пермскими актерами?

— Трудностей не было! Был интересный опыт работы с уже сложившейся школой, которая удивила меня, произвела совершенно фантастическое впечатление. На мой взгляд, абсолютно все актеры театра «У Моста» — это большие состоявшиеся личности. Но при этом они умеют работать вместе, в одной команде. В Чехии такого нет. Кроме того, эти люди играют душой, сердцем. Именно поэтому мне так легко работалось с театром «У Моста». Мне удалось хорошо почувствовать этот ансамбль, это особое энергетическое измерение, эту атмосферу.

— А кто из «мостовских» актеров вам больше всего понравился?

— Понравились все, но особенно я прочувствовал Диму Алмазова. Мы с ним довольно много общались, он меня всюду провожал, помогал — от него исходила такая мощная поддержка! Другим интересным для меня актером стал Владимир Ильин. Он не такой открытый, как Дима, но когда выходит на сцену, очевидно, что это очень яркая личность.

— Известно, что театр «У Моста» — театр «мистический». Почувствовали ли вы его особую атмосферу?

— Конечно! В чешском театре, где я играл, все совсем по-другому. Здесь, как только я выхожу на сцену, чувствую, что эта мистическая атмосфера затягивает меня, словно в какую-то воронку. И от этого я испытал что-то вроде катарсиса.

— Происходили ли за время пермских гастролей какие-нибудь мистические случаи?

— Помню, когда я играл в чешском спектакле Сергея Федотова, за две недели до премьеры актриса Камилла Седларова случайно упала на репетиции и повредила ногу. В больнице ей сделали съемный гипс. На следующий день она уже приступила к работе, но поняла, что гипс мешает, и избавилась от него. А еще через день, когда пришло время делать новый рентген, снимок показал, что трещины уже нет!

Кроме того, первые две недели мы репетировали в небольшом горном городке, в старом заброшенном доме — вот там было очень много мистического! Например, внутри здания были внутренние телефоны. И вот когда мы играли сцену, где задается вопрос «А есть ли дьявол?» по этим телефонам, которые не имеют связи с внешним миром, раздавались звонки! Мы брали трубку, но нам никто не отвечал. Я до сих пор не могу себе этого объяснить...

— В этот приезд сыграли у Сергея Федотова сразу в двух спектаклях. Какой опыт работы был интереснее?

— Так как в «Мастере» я уже играл, было интересно вспомнить все, что было наработано. Но Сергей Павлович считает, что у меня это получилось легко. Роль Пилата близка мне, потому что она вписывается в галерею масштабных фигур, сыгранных мной в Чехии. Но «Панночка», наверное, все же интереснее тем, что сам герой — казак Явтух — совсем другой. Он находится в окружении казаков, с которыми постоянно взаимодействует. А Пилат один, он находится наверху и говорит с другими персонажами свысока.

— А что вы можете сказать по поводу пермской публики? Насколько она приняла вас?

— Что такое пермская публика, я впервые узнал в октябре прошлого года, когда мы в составе чешским театром «Арена» приезжали в гости в Пермь на юбилей театра «У Моста». Тогда мы решили сделать Сергею Федотову подарок и сыграть «Панночку», которую он когда-то поставил в Чехии. Мы играли на чешском языке и поэтому очень тонко чувствовали зрительскую реакцию. А этот раз отследить, как реагирует зритель непосредственно на меня, было гораздо труднее. Во-первых, ведь я был единственным актером, говорящим на чешском и не всегда понимал, на кого реагирует зритель: на меня или на русских актеров. Во-вторых, в «Мастере и Маргарите» три плана сцены, и те, где участвует Пилат, играются на самом верху. Расстояние до зрителя очень большое, игра идет через микрофон, и поэтому трудно слышать какая реакция. Кроме того, в «Мастере» мой герой намного серьёзнее, и зал чаще реагировал тишиной. «Панночка» же — спектакль более комедийный, и там зритель смеялся от души.

— Йозеф, а что бы вам хотелось пожелать русской публике? Чего, как вам кажется, ей не хватает?

— Русский зритель отличается тем, что у него большое открытое сердце. Только в России люди аплодируют стоя и вызывают артистов на поклон больше трех раз. Поэтому я не могу сказать, что ему чего-то не хватает. Могу пожелать только, чтобы у театра «У Моста» появился зал побольше, чтобы его уникальные спектакли увидели все, кто еще не успел этого сделать!

— А какую еще роль в спектакле театра «У Моста» вы бы хотели сыграть?

— Сергей Павлович хотел бы видеть меня в шекспировских спектаклях в роли Макбета или Кориолана. А я бы сыграл в водевиле Чехова «Медведь». Потому, к сожалению, русская классика сегодня в Чехии ставится очень редко.

— Почему вы приехали в Пермь на такой короткий срок? Далеко не все зрители успели посмотреть чешско-русские вариации «мостовских» спектаклей.

— Действительно, мы отыграли в Перми всего четыре спектакля (два «Мастера» и две «Панночки»), и я слышал, что было очень много желающих попасть на спектакли. Дело в том, что у меня сейчас очень сложный график. Изначально я планировал приехать в Пермь на закрытие сезона в театр «У Моста», но тогда не получилось выделить даже пару дней. Сейчас я нахожусь в отпуске, но уже через несколько дней в нашем театре открытие сезона и я должен ехать.

— Каковы ваши впечатления от Перми и от России в целом?

— Год назад, когда я побывал здесь впервые, меня удивило, что Пермь, с одной стороны, огромный индустриальный город, а с другой — старинный и уютный. Тогда я увидел на берегу Камы церковь, и понял, что меня туда тянет. Я посетил ее и в этот раз — настолько хорошо я себя там чувствую.

Другим уникальным впечатлением была ночная поездка в русскую деревню вместе с Сергеем Федотовым. Мы думали, что как обычно после спектакля он отвезет нас в гостиницу, но маршрут незаметно изменился. Оказывается, Сергей решил показать нам столетний деревянный дом, где живет его отец, показать Россию изнутри. И у него это получилось: лил жуткий дождь, дорога была размыта, а в самой деревне не оказалось электричества. Зато нас ждала настоящая русская баня, в которой я до этого никогда не был, чай и водка. Это было сильным потрясением в моей жизни!

Единственное, что несколько омрачило мое впечатление от поездки в Пермь — это состояние парадного подъезда к театру. Разбитая дорога, никакой парковки и страшные гнилые гаражи вокруг. Впервые я поразился этому во время первого приезда и был уверен, что за год все наладится. Но, к сожалению, не наладилось.

— И наконец, каковы ваши дальнейшие совместные планы с Сергеем Павловичем?

— Хотелось бы еще раз приехать вместе с чешским театром на гастроли, но пока сложно что-то планировать точно. Одному актеру гораздо легче найти время, чтобы приехать. А вот привезти целый театр — задача трудная. Но чешский театр отличается от русского тем, что афиша распланирована на два-три года вперед. Но я обязательно с удовольствием приеду в Пермь снова, ведь я уже немножко пермяк.