Театр у моста - 2004

2004


06.12.2004 Мистификатор: Сергей Федотов может зарядить любого своей энергией

Чтобы хоть что-нибудь понять человеку, далекому от театра, наверное, нужно вспомнить состояние во время экзамена, который он когда-нибудь сдавал в своей жизни. Думаете, просто так все мудрые люди советуют накануне хорошенько выспаться, а не зубрить (все равно не поможет): требуется накопление адреналина, огромный выплеск которого ожидается. Жизнь актера — вечный экзамен. Представьте, сколько адреналина необходимо! А уж если ты режиссер — ой-ё-ёй! Вечный поиск, перевоплощение, периоды эйфории, сменяемые, как правило, глубоким спадом, или, что хуже, депрессией. Пожалуй, актерскую, а уж тем более, режиссерскую работу в ряду профессий творческой направленности можно запросто назвать самой энергозатратной.

Мой собеседник — художественный руководитель Пермского театра «У моста», заслуженный артист России Сергей Федотов уверен, что ему помогают некие магические силы, с их помощью он аккумулирует внутреннюю энергию. В качестве доказательства (а наш разговор происходил в театре накануне репетиции «Мастера и Маргариты») режиссер встал из своего кресла и приложил ко лбу вилку, а потом — большую тарелку. Вы не поверите, но они не отпали, а тарелка, прикрепившись ко лбу, даже двигалась по часовой стрелке! Ничего подобного в своей жизни я не видела.

«Все роли — мои!»

- Я родился в Перми. И когда бываю за границей, все больше убеждаюсь, что я — все-таки не патриот, но пермяк. Я хочу жить в Перми. Где бы я ни был, меня всегда тянет обратно домой… Истоки — пермские, родители тоже здесь родились. Отец — инженер-строитель. Ему я обязан всем. С детства — на каких-то стройках, папа всегда брал меня с собой. А сейчас это мне помогает в работе над декорациями, сценографией. И когда я работаю в России, то никогда не привлекаю художника-постановщика, а все делаю сам.

Отец — очень целеустремленный человек, боевой и, думаю, что многим своим режиссерским качествам я обязан именно ему. Мама — тоже инженер, только по части швейного дела. И здесь тоже была доля «вложена» в театр: костюмы-то я тоже придумываю сам, а художника привлекаю только за границей.

Окончил 42-ю школу. Когда учился в девятом классе, понял, что пора воплотить свою заветную мечту о театре…

- Уже была заветная мечта?

- Да. В 4 года в детском саду я играл свою первую роль. И тогда меня осенило, что должен стать актером! Мама вспоминала, что я к ней пришел и сказал об этом очень серьезно.

- Как отреагировала мама?

- Нормально, подумала, что я, как всегда, шучу.

- А кого вы играли в детском саду?

- Я точно не помню: Но мне кажется, я играл какого-то дворника, подметал что-то. И, наверное, еще я был каким-то зверем, скорее всего, зайцем. Детали из памяти ушли, а сам факт остался. А в 9-м классе я пришел в театр-студию Марии Тихоновец при Дворце культуры Свердлова. C этого момента, пожалуй, и началась моя целенаправленная театральная деятельность.

После окончания школы я поступил в Пермский институт искусства и культуры на режиссерское отделение, хотя все еще мечтал стать актером. Но на 4-м курсе что-то произошло с моей головой. Мне показалось, что одну роль играть не интересно. Я хотел играть все роли! А вскоре понял: если ты — режиссер, то ты можешь играть за всех. А еще в моей жизни большую роль играют мистические совпадения. Очень многие поступки я совершаю под влиянием мистических знаков.

«А не нужно никаких доказательств!»

- Вы это серьезно?

- Вполне. В тот момент, когда нужно принимать судьбоносное решение, мне всегда является какой-то знак свыше. Мне является ангел. Чаще всего — во сне. И на протяжении всей жизни он оберегает меня. Я никогда его не видел воочию, но всегда чувствую, когда он приходит. И когда я задумывал в 88-м году свой театр, то уже знал, что это будет мистический театр, и в нем будут играться мистические пьесы моих любимых авторов: Булгакова, Гоголя, Достоевского. И помню, после открытия театра «У моста» к нам потянулись разные колдуны и маги, которые сообщили, что театр находится на пересечении магических астральных линий. Я думаю, это неспроста. А когда узнали дату моего рождения — 11.01.1961, то сказали мне, что если собираются вместе даже три единички, то это уже из ряда вон! А у меня — их пять! Все ясно, откуда мистика! И когда мы приезжаем на гастроли в другие города, то, бывает, местные астрологи и маги нам рассказывают, что видели, как во время действа на сцену выходил сам Гоголь: посидел, посмотрел и ушел.

Сначала я удивлялся мистическим совпадениям в моей жизни. А потом привык. Ну, например, число 13 для меня никогда не было несчастливым! И в поезде, и в гостинице у меня всегда бывает или 13-е место, или 13-й номер. И мой первый сын родился 13 числа. А второй — 29 февраля, в високосный год. В общем, все не как у людей. Когда я приехал в Чехию ставить «Собачье сердце», на календаре было 8-е декабря. Снег там выпадает гораздо позже. Начинаю репетицию, открываю пьесу, читаю первые строки: «Вьюга воет:». И что вы думаете?.. За окном пошел снег! А после репетиции закончился. На следующий день снова начинаем репетировать и тут же — снег!

Что от Бога, а что от Дьявола

- Так что, мистика отражается и на вашей театральной деятельности?

- А как же! Существуют некие невидимые силы, которые мне помогают. Именно они мне помогли создать театр и постоянно оберегают его. Ведь тогда, в 88-м, в Перми появилось около 20 театральных студий! И сколько из них выжило?.. Вот расскажу вам такой случай. Ставил я «Игроков» в Чехии. После постановки ехал на машине домой. Проехал уже 4 тысячи километров, до Перми оставалось около двухсот. И вдруг на трассе мне навстречу идут два КАМАЗа. Лобовое столкновение, машину мою сложило, как гармошку. Я отделался легкой травмой. Произошло это рядом с указателем «Игра». В общем, после постановки «Игроков» я попал в аварию у поселка «Игра». Из-за этой аварии, моего попадания в больницу пришлось работать в жестком графике: ставить в Чехии одновременно два спектакля — «Идиота» Достоевского и «Собачье сердце» Булгакова. А тут еще тяжело заболела мама, и я, честно сказать, каждый день ждал рокового звонка из дома. Спектакли перенести нельзя — за рубежом график постановок очень жесткий, если он не выполняется, то спектакль снимается из репертуара. Так вот, с утра я — в одном театре, репетирую «Собачье сердце», актеры у меня падают. А я еду дальше, на следующую репетицию. И только когда оба спектакля были выпущены, мне позвонили из дома. Мама дала мне их поставить, сестра рассказывала, что она очень мужественно держалась. Но работу я сделал, а премьеру играли без меня: я улетел в Россию хоронить маму. Только после ее смерти мне открылось, что моим ангелом-хранителем является моя мама. Она и сейчас ко мне приходит.

- Почему вы так решили?

- Ответ на этот вопрос сакраментален. Я могу лишь сказать, что моя мама была набожным человеком, регулярно ходила в церковь, молилась, участвовала в крестных ходах. И так получилось, что в один из самых тяжелых периодов моей жизни, когда вот так все сомкнулось, она мне опять помогла.

- А вы верующий?

- Конечно, верую. Но не очень верю людям, которые в церкви. Может, поэтому бываю там редко.

- В таком случае ваши мистические силы — от Бога или от Дьявола?

- Конечно, от Бога. Уверен: в том мире, потустороннем, есть и Бог, и Дьявол. И я всегда иду к свету, иду к Богу. И хотя многие говорят, что церковь не признает «Мастера и Маргариту», но я считаю, что это произведение как раз о Боге. Поскольку там ясно сказано, что Воланд — это Сатана, который подчиняется Богу. Значит, нет сильнее силы, чем Бог.

- Говорят, вы воспринимаете «Мастера» больше как роман о любви…

- Конечно, это так. Ведь Булгаков не назвал роман «Воланд», а назвал его «Мастер и Маргарита». Хотя, кстати, были и другие, рабочие названия, например, «Копыта инженера». Но в конечном итоге он назвал его так, как назвал. Это история любви. И все написано в романе.

Сила притяжения

- Как сопрягается ваша работа с личной жизнью?

- Сложно. Говорят так: в театре не работают, в театре — служат. И, конечно, это одна из профессий, в которой не бывает выходных. Вот у нас официальный выходной в театре — понедельник, но вы же понимаете, что отключиться невозможно, и что мысли-то и внутренняя работа не прекращаются, что бы ты ни делал. Конечно, мало остается времени для близких. У меня есть два сына. И, бывает, закончив репетиции в 11, в 12 ночи, я вырываюсь к ним, мы садимся вместе в машину и катаемся по городу.

- Нагрузки, срывы, депрессии: Как вы восстанавливаетесь?

- Я знаю несколько хороших упражнений. Провожу тренинги по системе Михаила Чехова и научился с их помощью восстанавливать энергию (есть немало способов устанавливать контакт с космосом и оттуда черпать силы). Я очень часто на занятиях и семинарах в Чехии показываю, насколько эти тренинги эффективны. Года два назад, как-то на одном из таких семинаров я убеждал коллег, что человек может все. Они сказали: докажи. Мы сидели в каком-то кафе, мне протянули вилку и говорят: удержи ее на лбу. Я говорю: вот, пожалуйста! И вилка держалась. Присутствующие удивились, попробовали сами — не получилось. Тогда я им сказал, что через неделю все 30 человек семинара будут держать вилочки на лбу. Никто не поверил. Однако уже через два дня это кто-то сумел делать, а в пятницу уже все, как по команде, выполнили этот трюк. Я умею аккумулировать в себе энергию и могу ее кому-то передавать. Заряжать тех, кто рядом, это уже происходит помимо моей воли. Поэтому и все мои спектакли построены на других законах — энергетических. У каждого спектакля — свой ключ. Люди, которые со мной долго работают, научились выстраивать ко мне мостик и воспринимать мои флюиды (Тут Сергей Павлович демонстрирует мне чудеса с вилкой и тарелкой).

- Это еще что! Апофеоз бывает, когда я притягиваю фужер, и все бросают в него монетки. Большой внутренний ресурс энергии очень важен, особенно для нашего театра. Потому что это театр магии. Теперь и вы заряжены моей энергией!

Плацдарм для взлета

- Какие планы, Сергей Павлович?

- Моя мечта — поставить «Ромео и Джульетту». А в этом сезоне я хочу сделать в театре «У моста» «Собачье сердце». Чешский — стал лучшим спектаклем года, я даже получил национальную премию Чехии за этот спектакль. И опять мистика. На церемонии вручения премии. Во-первых, впервые русский режиссер получил в Чехии национальную премию как лучший режиссер года. И впервые у одного режиссера было восемь номинаций. То есть в номинации попали два моих спектакля — «Собачье сердце» и «Идиот» (именно те, которые я делал с помощью мамы). Потом — «лучшая мужская роль», «лучшая женская роль», «лучшая сценография», «лучшая музыка». И два моих актера также получили национальную премию как лучшие актеры года. Михал Чапка, 20-летний актер, — за роль Шарикова. Люция Жачкова — за роль Настасьи Филипповны.

- Работа в Чехии — это зарабатывание денег?

- Нет, сейчас постановки везде оплачиваются одинаково: что в России, что в Чехии. Я мог бы зарабатывать и в России. Для меня это, скорее, проверка. И аккумулирование энергии. В Чехии я впервые поставил «Собачье сердце», «Зойкину квартиру», «Идиота», «Чайку», «Три сестры». Это такой плацдарм, где я могу сделать то, что, скажем, не могу здесь.

- Ваша любимая роль?

- Гамлет.

- Играли Гамлета?

- Я ставил отрывок в институте:

- А любимый спектакль?

- Они, наверное, все любимые. Но в большей степени, я думаю, все же «Панночка». Это спектакль, с которым я вошел в астральное поле, в какой-то другой мир. Поэтому в моей памяти он остался, как первая любовь.

- Ваши авторитеты в профессии?

- Для меня, безусловно, Эфрос. Это был один из самых моих любимых режиссеров. Я часто бывал у него на репетициях.

- Любимый театр? После вашего, конечно…

- Сейчас — не скажу. Раньше, наверное, театр Захарова.

- У вас много друзей?

- Нет, немного. Те, кто есть, сейчас — в разных городах.

- Вы считаете себя счастливым человеком?

- Наверное, да. Очень часто я ощущаю себя несчастным человеком, очень часто бывают депрессии. Такие периоды рано или поздно проходят, и я стремлюсь идти вперед.

 

Наталья Жукова

«Пермский обозреватель», 6 декабря 2004 года.